leo

ляга-шмага-пага

Мне очень нужно было сегодня не проспать. Я завел в квартире все что может звенеть. Попросил Зину, а после и Люсю разбудить меня телефонным звонком.

Хотя в те разы, когда встать рано действительно необходимо - я всегда просыпаюсь сам, за несколько секунд до того как зазвонит первый будильник.

Лето 1985 года. Вильнюс. Район зеленых озер. +25 оC. Я иду в одних шортах по направлению к пляжу. Слева: Сережа Шнабович. Справа: Виргис Зукаускас - сын хозяки, у которой моя семья снимает мансарду. Сестру Виргиса зовут Лайма, но ее с нами нет.

Сережа держит в руках жирную лягушку. В пути несколько раз высоко подбрасывает ее и каждый раз в последний момент ловко цепляет за ноги. Вот он замахнулся. Намеченная цель - гладкий ствол сосны. Немного постоял, затем решив иначе, шагнул к ближайшему муравейнику. Осторожно кладет и придерживает лягушку прутиком, пока ее не облепляют со всех сторон муравьи. Лягушка пытается прыгнуть, открывает рот. В нем полно муравьев. "Получай, ляга-шмага-пага!"

"Завтра тут будут одни белые косточки", говорю я со знанием дела. И стряхнув случайных насекомых с ног, ступаю прочь с муравьиной дорожки. В правую пятку мне тут же впивается острый корень.

Я изжался, готовясь почувствовать боль, но вместо этого ноги мои резко рванули вверх и, ощутив тяжесть одеяла, медленно опустились. Вспотевшим затылком вжимаюсь в тонкую плоть подушки. Прислушался к себе. Петербург. пр. Просвещения. Осень 2003. -2 оC. Предположительно утро. "Что сегодня? Проспал или еще нет?". Приподнялся на локтях, и в этот момент зазвонил будильник.

Пустота в голове. Морщусь, имитируя работу мыслей. Пытаюсь растоптать желание поспать еще немного; вспомнить вчерашний вечер.

Всё это кажется мне удивительным, ведь даже если предположить что в моем организме тикают сверхточные биологические часы - откуда им знать когда будильник зазвонит? Мой будильник не электронный, а стрелочный. Мещанский подарок мещанской Люси. Люфт у стрелок большой. Никогда не знаешь точно когда сработает звонок: в момент когда часовая стрелка прямо наедет на красную, или когда между ними будет пятнадцатиминутный зазор...

Хорошо, что я все предусмотрел. Через совсем короткое время, кто-то выполняющий роль запасного будильного аппарата толкает меня за плечо и произносит "Ты не проспишь? Уже 20 минут девятого. Вставай!"

"Что?! двадцать минут?? Почему раньше... Я же просил раньше!". Через мгновение вскакиваю, и направляюсь в уборную.

"Вставай!", доносится с кухни. "Уже давно встал, чищу зубы", - отвечаю я. Впопыхах выплевываю пасту и бегу собирать ранец, смотрю на часы - еще успеваю позавтракать. Никак не продрать окончательно глаза, начинаю тереть их руками.

На кухне ем кашу и пью чай. Вглядываюсь в лицо бабушки, моргаю. Какая-то пыль свисает с ресниц. Через минуту одеваю ботинки, с трудом справляясь со шнурками. "Не забудь сменную обувь", - кричит вслед бабушка. "Да взял, взял!".

Выставил под углом ко рту ладонь. Дую поочередно в оба глаза.

"Ну сколько можно тебя будить?!" Спускаюсь в лифте. "Лёва, вставай!" Бегу по дорожке к остановке. "Сейчас я стащу одеяло!" Вхожу в троллейбус.

Занимаю место у окна - еще двадцать минут могу поспать, хотя и не очень крепко.

Мне снится, что у будильника села батарейка, и он вместо противного резкого звонка, глухо и безумно долго стрекочет. Что-то уж слишком долго.

Открываю глаза.

Рядом со мной спящая сестра издает сипящие звуки. У нее бронхит. Вслушиваюсь в неестественно рычащее дыхание. Мне становится страшно. С одной стороны - это моя сестра. С другой, за всеми этими хлюпаньями, шипениями, клокотаниями скрыта кем-то продуманная система. И этот кто-то не имеет с моей сестрой ничего общего. Сползаю с кровати и бегу босяком на кухню.

2 часа ночи, 1983, декабрь

"Ну чего ты встал?", спрашивает мама. "А ну марш обратно в кровать". Папа нажимает кнопку "пауза" на кинопроекторе "Русь". Включает свет.

Щурюсь.

Папа забрал пленки из проявки, и теперь склеив их, устроил первый импровизированный показ.

"Можно я посижу тут немного?", спрашиваю испуганно.

Папа молча выключает свет, и я расцениваю это как согласие.


На холодильнике четырехугольное светлое пятно. В центре кадра я, правее сестра, видна рука и рюкзак дяди Ильи. Узнаю: лето этого года. Грузия. Гора Аибга. У меня в руке снежок, вернее уже не в руке, а рядом.

Папа наклоняется над аппаратом и дует куда-то вглубь "Руси", отчего пылевой узор по краю кадра сильно меняется, но не становиться меньше.

Я инстинктивно моргаю и протираю глаза.

Гора подпрыгивает метра на два и сжимается. Небо желтеет и становится тонким как рвущийся полиэтиленовый пакет. Образуется белое пятно света, в котором исчезаем мы с сестрой, соседний пик, рука дяди Ильи исчезает только по локоть.

"Черт, плавится", произносит отец. Снова включает свет. Вытаскивает расплавленный кусок пленки, снимает бобины, достает клей, бритву.

«Сильно испорчена?», - спрашивает мама.

«Да нет, несколько кадров придется вырезать. Можно сюда вставить тот пропущенный кусок». - Поворачивается ко мне - «Лёва, ты завтра это все подправишь на компьютере?»

«Нет, завтра точно не смогу», - отвечаю – «завтра у меня сдача проекта. Мне уходить в семь утра».

«Сделай тогда в ближайшее время. Для меня же компьютер целая история, а тебе раз два и готово. А не то я опять чего-нибудь напортачу.»

Через пару секунд после пробуждения щелкнул музыкальный центр и заиграл Smooth Jazz KKSF 103.7
leo

возвращение многоножек

Она пошевелилась. Я сижу на стуле, напротив компьютера. Она лежит на кровати. Я набиваю на клавиатуре букву Б. Одеяло съехало, высветив ее замысловатые ноги. С одной стороны они освещаются светом бра, с другой, если приглядеться внимательно, то можно заметить что это вовсе и не люсины ноги.

Кстати, Люся, тебе привет.

Пользуясь нашим общим правилом изъясняться как можно яснее, сообщаю тебе ужасно важную и ценную информацию - мы ведь так и договаривались - я с ней переспал. Тут, вдали от твоего сопливого суицидального настроения - я сплю только с теми, кто весел и жизнерадостен, и кто, в отличии от тебя, если случится расстаться с веселостью и жизнерадостностью, решит все разом, а не задержится в своей хандре лет эдак на 120.

Представь, она тоже обсуждает со мной записи из моей записной книжечки.

На этот раз было так:

"Любая цепь умозаключений неверна уже тем, что имеет конец", - заканчивал я вереницу своих связанных мыслей.

Я находился в туннеле метро, в вагоне, прицепленном к движущемуся составу. Боясь забыть то, до чего дошел, я вытащил свой походный дневничок, и, прислонившись спиной к надписи "осторожно, двери закрываются" поспешил зафиксировать свое знание несколькими емкими тезисами.

"...развитие мысли", - записывал я - "не имеет границы, и поэтому любое конечное рассуждение о чем бы то ни было есть не более чем частная проекция общего понятия, на текущее умонастроение..."

...

"Таким образом, совершенно очевидно, что все произнесенное - фикция: не то и не о том.", - резюмировал я.

Всё. Вопрос был раскрыт, и я ставил жирную точку, надеясь к нему не возвращаться, но тут появилась хозяйка замысловатых ног (в дальнейшем обозначена как ЗН).

Знаешь, есть такая категория пассажиров, которая читая из-за плеча чужую литературу, может попросить обождать с переворачиванием страницы или, что веселее, рассказать вкратце предыдущий сюжет. Это все относилось и к Зине.

Между нами произошел следующий обмен репликами:


ЗН -Развитие мысли продолжается даже если отвлечь свое внимание, на ее произнесение.
Leo -Давайте поменяемся местами, мне сейчас выходить.
ЗН -Вы ставите точку там, где скорее всего запятая.
Leo -Хорошо. Наверное мне проще выйти в другую дверь.
ЗН -Кажется я не совсем это имела в виду.
Leo -Да, вы имели в виду то, что когда я попросил вас подвинуться, в своих мыслях я уже толкал вас ногой.
ЗН -Уверена, вы бы никогда о таком не подумали!


Как ты люся теперь догадываешься, она была права, я подумал тогда о другом :-)
leo

возвращение

Звуки доносящиеся из ванной продолжаются уж слишком долго. Их нельзя объяснить например тем, что отклеивается кафель от стенки или журчит плохозакрытый кран. Вначале, я даже был еще в силах допустить, что раз или два кто-то вполне мог бы и пройтись по гладкому каменному полу, сильно стуча тапками, и даже, возможно, этот кто-то мог взять с полки над краном мою электрическую бритву и предварительно обмотав ее полотенцем включить в режиме сверхчистого бритья.

Но кроме меня в квартире никого нет. И теперь, когда я прячусь в туалете, стараясь дышать как можно плавнее — то между ударами сердца, я проверяю действительно ли запертая дверь — заперта.

Моя ночная вылазка, теперь не кажется мне столь хорошо спланированной, как я думал вначале. Вставая с кровати, я предусмотрительно включил бра, чтобы освещать себе путь как туда, так и обратно. Когда включаешь свет — остается сделать одно усилие воли — быстро посмотреть в раскрывшееся перед тобой пространство. Обычно убеждаешься, что в дальнем конце комнаты бесформенный силуэт — это лишь повернутый под углом стул, с пледом на спинке.
В любом случае, если кто и находился тут только что — он успел довольно быстро ретироваться.

Прошло около пяти пустых минут. Я намеренно громко откашлялся, причем мне сразу стало казаться, что своим кашлем я заслонил другой звук, тут же раздавшийся за стенкой.

Как бы там ни было — резко рванул дверь на себя.

И вот, когда самое главное произошло, часть меня поделилась — и эхо того, что я только что избежал действовало на меня своей накатившей волной. Я чувствовал что грань между двумя мирами настолько тонка, что в любую секунду она может порваться, и я буду унесен туда, где точно также как и сейчас я стою на пороге ванной, и в лицо мне глядит ######.



Дальше я начал выполнять необходимую последовательность действий, чтобы как можно дальше уйти от той страшной развилки. Перед зеркалом, я произносил глупые слова, потому что собственный голос и бессмысленность простых фраз — было тем, на чем в частности держался тот мир, в котором я безумно хотел остаться.

Я лег задвинув себе на голову одеяло, представив себя в скафандре своего непроницаемого естества. Я ходил по пустынной планете, прыгая по изрезанному ландшафту, там светила постоянная ночь, и звезды распластанные на небосклоне… и оставленная до утра гореть бра…
leo

(no subject)

Иногда, я прошу ее сделать потише кран на кухне, и тогда в образовавшейся пенообразной тишине, думаю о том, как две фигуры сходятся на середине озера.

Если говорить по правде - я кое-что, конечно, знаю и кое-что видел, но в образовавшейся пенообразной тишине предпочитаю слышать выстрелы вечернего боевика.

Тут, вроде, кто-то говорил о том, как две фигуры сходились на середине озера?


Сегодня вечером, я было хотел объяснить Люсе всю историю произошедшую с manual'ом, но осекся, так как мое объяснение, как две капли воды было похоже на любое другое подобное мое объяснение. К тому же я знал, что на том плане на котором я хочу чтобы Люся об этом знала - она и так знает.


Всё прочее теряет смысл на середине озера.
leo

модифицированный код гугера

/продолжение/


Если в истории с зеленым приборчиком для вызова осознанных снов, я, вкратце, описал технологию как этих самых снов добиваться, то нынешняя ситуация требовала от меня аналогичного решения - изучить технологию ведения разговора со спящим человеком. Не вдаваясь в излишние подробности, скажу что я применил так называемый модифицированный код гугера, информации о котором полно в интернете.

Если говорить коротко, то время спящего человека сильно сжато, по отношению ко времени бодрствующего, и для ведения со спящим толкового обстоятельного разговора нужно синхронно входить с ним в состояние быстро сна. После этого, стороннему наблюдателю будет казаться, что сновидящие тихонько попискивают наподобие дельфинов.

Соответственно существует два вида сигнала гугера: первичный импульс, чтобы единомоментно заснуть и вторичный, чтобы частично проснуться и успеть всё запротоколировать до того, как снова не раздастся импульс на засыпание.

Моя модификация заключалась в том, что я просто напросто переставил сигналы местами. Теперь Люся могла говорить в своем растянувшемся сне часами, а я не засыпал вовсе.

Хотя такое действие сигналов и не очень согласуется с вышеуказанным их описанием, однако это работает, и любому желающему, нет ничего проще, как вооружившись гугеровским генератором, сегодня же ночью всё досконально проверить.


Теперь собственно то, что мне удалось выяснить. Мы как-то уже подзабыли тот факт, что в июне этого года manual (xnil) загремел в тюрьму г. Клеве, судя по всему, за перевозку наркотиков. Вернее, так эта история была представлена нам, обычным обывателям. Степень нашего знания о происходящем напрямую зависела от вовлеченности нас самих в этот захватывающий сюжет. Тот кто знал Борю, лишь косвенно мог запросто составить свое мнение о нем - ведь издалека намного проще увидеть общую картину.

Те же, кто знал его ближе, видели то одну, то другую грань личности, строя пространные догадки о целостном образе. Теперь то прошло уже достаточно времени, чтобы даже искренне болеющие за Борину судьбу люди, удалились от него на значительное расстояние. И сейчас становиться понятно, что заключение в немецкой тюрьме - не более чем эвфемизм для обозначения тупика в который зашло Борино развитие.

- Это было уже так давно /имеется в виду арест/, чтобы быть реальным, заявляет Люся.
- Где же он сейчас находится?, спрашиваю я.
- Возможно даже в П* однако это не меняет сути. Если говорить о его физическом теле, то как и мое - оно сейчас спит. В реальности же, Боря так и не преодолел четырех стен, в которых запечатано его мятущееся сознание.

Он продолжает бесплодные попытки вести дневники /в моем полевом журнале перечисляются ники/. Есть также несколько очевидных lj-user'ов и просто друзей, помогающих ему поддерживать легенду. /некоторые ники отсюда пересекаются с неназванными никами из первого списка/

***

К сожалению в предыдущие пять минут, я, по этическим соображениям, вынужден был значительно сократить те факты, которые я узнал от говорящей во сне люси.

Ещё, я хотел бы в данном изложении обойти стороной вопрос, откуда на самом деле берется у Люси то знание, которым она обладает. Как-то в одном из выпусков журнала НЛО за 95-ый год я прочитал статью о лептоновых нитях сознания, которые связывают всех православных людей через магнитную аномалию под Нижневартовском. Мне кажется - это вполне реальное, хотя и не до конца пoнятое современной наукой объяснение. Впрочем, как я уже сказал, я не буду сильно вдаваться в подробности.

Остается заметить, что мой пост был нацелен на то, чтобы улучшить настроение у тех, кто считал что Борина судьба зависит в настоящий момент от немецкого судопроизводства. Однако, по большому счету, всё это не важно. Ведь устраняя повышенное внимание к своей персоне любым пришедшим в голову способом, мы становимся заложниками этого самого способа, этой выдуманной реальности.

И Боря, вечерами съедая традиционную булочку со сметаной, имеет, наконец, возможность оценить по достоинству свой собственный сценарий.
leo

потому что все воспоминания - это одно и тоже воспоминание

В прошлый понедельник, ровно в два часа ночи (я так точно помню, потому что еще подумал про себя - вот уже два часа ночи), я сел на край кровати, где спала Люся.

В очертаниях складок простыни я отчетливо видел свое будущее: застывшие тусклые волны, где-то смятые, где-то разглаживающиеся и неровными кругами уходящие под Люсю. - Именно ей, - думал я - «…в порыве взаимной любви, переливавшейся через край, я отдал всё, что имел (разумеется, кроме того что лежало в кармане для крупных купюр.)»

Итак, я сидел тупо глядя на мигающих индикатор неустановленного времени на видеомагнитофоне, как вдруг Люся вполне отчетливо произнесла: "крокодил прыгнул в нил".

С этой самой фразы и начались мои изыскания продлившиеся чуть больше недели. О них и пойдет речь ниже (или выше, в зависимости от способа которым вы читаете дневник).

Еще не закончила Люся произносить слово "нил", как я установил, что она лежит с закрытыми глазами и по всей видимости спит. Похоже я случайно застал ту определенную фазу сна, когда такое возможно. И Люся говорит обращаясь к кому-то в своем сне.

Прокладывая путь, обратно к компьютеру, сквозь набросанные предметы уже вчерашнего дня, я обдумывал ее странные отдающие осенней сыростью слова и, внезапно, мне пришла в голову возможная интерпретация случившегося - я тут же бросился назад, чтобы проверить догадку, но... опоздал - Люся спала, не издавая никаких звуков могущих обнадежить меня и мою теорию.

- Разумеется, - думал я - в последнее время Люся пристрастилась смотреть передачи канала Дискавери, в частности те, в которых рассказывается о несчастной судьбе африканских и индийских животных, скрывающихся от цепких рук урбанистики в на скорую лапу сооруженных убежищах. Бедные животные, вынуждены оставлять привычные ареалы обитания и коротать свой недолгий век в заброшенных бункерах, полигонах и даже в некоторых особо дорогих психлечебницах Швейцарии, где их используют в качестве предмета для поглаживания – эта процедура безусловно оказывает положительное воздействие на богатых шизофреников. Последнее обстоятельство особенно удручало впечатлительную Люсю.

Лишь два дня спустя, я обнаружил что допустил в своей логической цепочке ошибку, считая что всё завязано лишь на животных, т.к. ни на гортанный зов южноамериканского вомбата, ни на брачный хрюк карликовой антилопы, которые я умело воспроизводил после получасовой репетиции, Люся ни коим образом во сне не отзывалась.

Следующие ночи прошли в тщетных попытках хоть как-то приблизиться к разгадке той выхваченной из контекста фразы. Не могу сказать, что все мои старания вступить со спящей Люсей в вербальный контакт ушли впустую, но, в конечном счете, некоторый произведенный эффект - люся порой поворачивалась на другой бок - вряд ли мог служить серьезной опорой в моих дальнейших исследованиях.

2be
leo

(no subject)

Люся раздумывает о возможности оставлять тут короткие сообщения, на манер автоответчика.

Этот ход, возможно изменит мое до сих пор стабильное отношение, к написанному.

С одной стороны, содержание моего дневника по сей момент сводилось к одной единственной фразе: "опля, а мне тоже снятся сны!".

- угу-гу!, - возражает или соглашается Люся.

С другой, тот кто видит сны, не владеет языком окружающих. Поэтому часто я хочу забыть поскорее свой сон, чтобы иметь возможность о нем рассказать.
leo

печать пленки

"Мы стопорим наше сознание, удерживая разнообразными страхами его индивидуальность - для этого нам приходится фильтровать потоки идущие извне и вовнутрь.

А если бы мы его не огораживали, отпустили бы его из тисков страха, который даже не замечаем, то раскрыли бы свое сознание окружающему миру - обнаружили бы, что стали частью какого-то более общего сознания.

Это общее сознание, может поделиться с нами памятью о произошедшем (постоянно происходящем, так как это круговорот). Весь его страх происходит от боязни распасться - от боязни разделиться; но сознание все таки делится на кучу мелких человеческих сознаний , каждое из которых ухватывает свою частичку былого страха.. и причину этого страха каждый получившийся фрагмент (т.е. человек) не знает - уже не может уловить, однако в нем самом хранится маленькая часть всеобщего безумия охватившее умирающее большое Сознание и этот маленький страх, маленькое безумие - и есть человеческое сознание (основной природный человеческий немотивированный страх) которое лишь часть распавшегося общего сознания. На каждом из нас застыла печать этого страха. "
, - объясняет мне Люся (не в первый раз уже) свою сложную теорию мироздания. "и каждая единица страха - становится капелькой, покрытой пленкой поверхностного натяжения, которое и делает капельку капелькой и отгораживает ее от других капелек и от общего потока"

- Всё, Люся, что выглядит логически законченным, на деле оказывается надуманным бредом,- возражаю я. -Например, у тебя вначале сознание удерживается страхом, а потом оказывается, что страх и есть сознание.

- Считай что это и есть та доля безумия, которая указывает, на естественное происхождение моих мыслей. Ты тоже веришь только бреду, а с другой стороны все, во что не веришь называешь бредом.
leo

(no subject)

В четверг я вышел из дома в три часа дня, где с удивлением обнаружил, что дороги пусты, а магазины закрыты. Вначале я решил, что у меня сломались часы, но нет с часами все оказалось нормально. Они шли, только медленнее, отставание было часа на три в день. Ах да – тот самый Люсин подарок.

во вторник ездил с ней в петергоф

видел, как по залам разгуливали странные люди в шортах кроссовках и бейсболках. какая-то женщина, ехала на инвалидной коляске. однако на ноги ей тоже заботливо одели войлочные тапочки, для сохранения паркетов.

"Прекрасное великолепие замечательного вида открывается перед нашими восхищенными взорами", продолжила экскурсоводша, в это время я пытался левой рукой подсчитать мелочь у себя в кармане.

…пойдемте в гроты…

"это триумфальное строение своей красотой наполняет всю округу праздничным возбуждением"

А сегодня был в одном довольно крупном офисе, где между рабочими столами даже нет картонных перегородок.
Разумеется, ничего не воспринимается отдельно от обстановки, и мальчики с высокими лбами, вальяжно прохаживающиеся между компьютерами представлялись мне некоторыми элементами интерьера. Это такая нора, ареал обитания, и здесь живет особый тип прямоходящих хомосапиенс.

Они и говорят то на своем языке. На некоторых компьютерах виднелись запущенные icq, и другие программы общения.

Тут я был сторонним наблюдателем, и легко запихнул все окружение в рамки некоторых слов. Одно дело когда я берусь <...>, а совсем другое, что за моими текущим текстом, вместе с тем - тоже стоит сидящий человек, склонившийся над монитором и набирающим слово за слово.
Когда я уже выходил из офиса – заметил через плечо одного самца, строку текста на мониторе - результат хаотичных ударов его конечностей по клавиатуре: «Какой-то идиот смотрит мне через плечо, надеясь увидеть, что я тебе тут пишу, моя дорогая»
leo

Алексей Гриболин

Он листал страницы третьих копий самоизданного Рамачараки и говорил: "Все кругом, Лео, все мы прячемся за идеализацией". Потом по его же собственному мнению, необходимо было разбавить собственное кажущееся верным высказывание, некоторым белым шумом - лишними словами: потому как все ложь, все ложь - и даже разбавление лжи, ради поиска истины - тоже ложь, он крошил печенье, и спрашивал, как поживают мои родственники - я вяло отвечал, давая ему необходимые и очевидные намеки, на то, что я не воспринимаю его слова всерьез - так и должно было быть.

В жизни нет ни прямых ни кривых, ни точек, ни плоскостей. Это область с которой оперируют разные точные приблизительные науки. Но почему-то отрицая в жизни наличие абсолютных геометрических фигур мы допускаем то, что у человека существует некоторая идеальная душа, что все пронизано духом, и за каждого человека отвечает некоторая странная точка сборки, точка сборки человеческого я. Я. И эхо от этого я... Мы заменяем человека несложной геометрической фигурой, которая располагается в другой фигуре. 7 чакр, 21 ступень развития, вращение направо.

Гриболин специально давал неточные определения, перевирал очевидные для других философских учений вещи, говорил уверенно да, там где требовалось нет, потом как бы спохватывался, и менял свою версию ответа. Дискредитировал свое учение, чтобы оно само себе потакало, но я то как раз понимал это, понимал его пожалуй хуже всех, т.е. понимал его так, как только и можно было его понять - целиком, и он это во мне видел, или просто не старался замечать. Я не помню кто такой Алексей Гриболин.